Аполлон Григорьев был незаконнорожденным сыном титулярного советника и дочери крепостного кучера. В силу этого над мальчиком висела реальная угроза быть зачисленным в крепостные. Перепуганные родители сразу отдали его в московский Сиротский дом – всех, кто попадал туда, записывали в мещанство. Но Аполлон пробыл там недолго: через полгода, после венчания родителей, он вернулся домой. Однако так и остался мещанином, пока не получил личного дворянства в 1850 году, по выслуге лет.

С малых лет главной чертой характера Аполлона была чрезмерная чувствительность и впечатлительность.

В детстве характер мальчика дал себя знать через необъяснимую тягу к чудесному и мистическому. Вот это фантастическое настроение было самым дорогим во всей его жизни. Он всегда стремился снова и снова испытать эту чуткость к фантастическому, эту близость иного странного мира».

По темпераменту он был меланхолик. Отчужденность и замкнутость сына в семье постоянно росла. Безразличие отца Александра Ивановича, его ленивые наставления и беспричинные взрывы бешенства; мелочная, придирчивая, неотступная опека матери Татьяны Андреевны – вот атмосфера того дома.

Утратив чувство родительского тепла, он стремился к покровительственной поддержке других взрослых. Эту роль выполнили дворовые. При любом удобном случае мальчик убегал в сарай или на кухню, где мог сидеть бесконечно, слушая истории, наблюдая за работой и чувствуя, что здесь он может быть самим собой.

Всё, что он пережил всегда будет в его подсознании оправдана детской незамутненной радостью, ведь все, что радовало в детстве, всегда свято.

Видеоролик «Аполлону Григорьеву 200 лет»

Учился на юридическом факультете Московского Университета (так решили родители).

Но за этим стремлением стояло нечто большее. С одной стороны, учеба была для Аполлона единственным способом выделиться, избавиться от комплекса неполноценности перед сверстниками.

С другой стороны, Аполлон верил, что, став ученым, он выполнил бы сыновний долг, оправдав надежды родителей. Быть успешным в науке значило для Григорьева быть на пути к счастью.

…Облака впивают
Даль немую вокруг.
Утренний ветр обвевает
Дремлющий тихо залив.
Озера зыбь отражает
Много зреющих слив….

Вся его жизнь превратилась в одну учебу.

Аполлон постепенно пишет стихи «Ты рождена меня терзать», «Комета», «Над тобою мне тайная сила дана», 1843; «Две судьбы», «Прости», 1844; «Нет, не тебе идти со мной», «Молитва», «Когда в душе твоей, сомнением больной», 1845.

Все остальное время он заучивал конспекты наизусть.

Его сочинения хвалил сам попечитель Университета граф С. Г. Строганов, Т. Н. Грановский обратил на него внимание, а Н. И. Крылов, профессор римского права, даже приглашал обедать. В результате в 1842 году Аполлон Григорьев окончил курс лучшим.

В Петербурге Григорьев работал сначала в Управе благочиния (июнь-декабрь 1844), а потом в департаменте Сената (декабрь 1844-июль 1845) – и отовсюду ушел: всякий строгий распорядок он переносил очень болезненно.

…О боже, о боже, хоть луч благодати твоей,
Хоть искрой любви освети мою душу больную;
Как в бездне заглохшей, на дне все волнуется в ней,
Остатки мучительных, жадных, палящих страстей…
Отец, я безумно, я страшно, я смертно тоскую! …

В конце концов Григорьев нашел себе приют у В. С. Межевича, редактора театрального журнала «Репертуар и Пантеон». Это был добрый и сострадательный человек.

Межевич оказался хорошим психотерапевтом. За долгими беседами вечерами ему удалось убедить молодого человека в том, что тот должен отказаться от прежних идеалов и амбиций, поскольку они абсолютно не отвечают его природе. Ему надо отдаться на волю Божью и ждать, куда вынесет река жизни. В 1847 году Григорьев вернулся в Москву, чтобы тихо и скромно прожить свою жизнь. Он устроился учителем законоведения в Александрийском сиротском институте и женился на Лидии Федоровне Корш – родной сестре его юношеской любви.

Попытку донести свои взгляды до широкой публики он предпринял в журнале профессора Московского университета М. П. Погодина «Москвитянин».

За пять лет работы в «Москвитянине» с 1851 по 1856 гг. Григорьев написал более 80 статей (среди них «Русская литература в 1851 году», «Современные лирики, романисты и драматурги», 1852; «Русская изящная литература в 1852 году», 1853; «Проспер Мериме», «Искусство и правда», 1854; «О комедиях Островского и их значении в литературе и на сцене», «Замечания об отношении современной критики к искусству», 1855; «О правде и искренности в искусстве», 1856 и др.). Но идеи «молодой редакции» в обществе остались практически незамеченными.

Поездка через Европу произвела на литератора колоссальное впечатление.

Впервые в жизни этот человек получил возможность посмотреть на европейское искусство вживую, а не на черно-белых литографиях в альбомах и журналах. Григорьев был потрясен. Он разве что не жил во флорентийских галереях – Уффици и Питти.

Однако через год у Григорьева случился новый приступ депрессии. Он мучился тоской и одиночеством.

…Мой ангел света! Пусть пред тобой
Стихает все, что в сердце накипит;
Немеет все, что без тебя порою
Душе тревожной речью говорит.

Граф Полонский предложил Григорьеву сотрудничество, и весь 1859 год критик писал в «Русском слове», пытаясь передать публике сокровенные мысли и образы, обретенные им во время пребывания за границей. Всего было написано 22 статьи.

В 1860 он писал в разных изданиях и даже редактировал никому не нужный «Драматический сборник».

С января 1861 года Григорьев начал работать в журнале Достоевских «Время»

Однако депрессия давала себя знать все сильнее и сильнее. Домашние дела шли хуже некуда.

Он начал снова сотрудничать в журналах Достоевских и театральном журнале «Якорь», но знавшие его отмечали, что Григорьев стал каким-то потерянным и равнодушным, это был надломленный человек, всегда находящийся под воздействием алкоголя; уже было пропито все имущество, его дважды выкупали из долговой тюрьмы. Он начал писать интереснейшие воспоминания, но успел рассказать только о детстве.

7 ноября 1864 года Аполлон Александрович Григорьев ушёл из жизни от апоплексического удара.

Всю свою жизнь писатель собирал в стихи и записи. В наши дни его творчество помнят и знают: стихи читают и поют песни и романсы.

Песни и романсы на стихи Аполлона Григорьева

Передача о поэте песеннике

Каждый поэт, тем более песенник, непременно своими словами западает в наши души и воспитывает в них свет. А наша память даёт нам мудрость понимания жизни, через поэзию, положенную на музыку мы лучше понимаем мир.

Спасибо за внимание.

Мероприятие подготовила Васильева О.А.

Сообщение Литературная страница «Стихи и песни» появились сначала на Краеведческий библиотечно-информационный центр им. М. А. Шолохова.