Медиалекция «Книги-юбиляры 2021 года» Дойль А. К. «Собака Баскервилей»

Дорогие друзья! Артур Конан Дойл (Дойль) (1859-1930 гг.) – известный во всем мире английский писатель, классик английской литературы, публицист, автор более семи десятков книг, врач по образованию и первой профессии.

В наше время Конан Дойл известен, прежде всего, как непревзойденный мастер детективного жанра, автор множества произведений о гениальном сыщике Шерлоке Холмсе и его верном друге докторе Ватсоне.

Похождениям Шерлока Холмса посвящены четыре повести: «Этюд в багровых тонах» «Знак четырех» «Собака Баскервилей», «Долина ужаса» – и пять сборников рассказов, самые известные из которых – «Приключения Шерлока Холмса», «Записки о Шерлоке Холмсе», «Возвращение Шерлока Холмса».

У литературного героя был реальный прототип. Конан Дойл показал методы сыщика по образцу доктора Джозефа Белла, который был его профессором в Медицинской школе. Именно его аналитические способности вдохновили автора на создание образа Шерлока Холмса.

«Собака Баскервилей» оказалась не просто первым детективным произведением ХХ века (1901 г.), но и одновременно своего рода каноном классического детектива.

Ее сюжет основан на услышанной автором старинной девонширской легенде о Черном Дьяволе – призраке гигантского пса, преследующего столетиями потомков древнего рода.

Сейчас уже трудно поверить, что Конан Дойл первоначально не планировал вводить в сюжет своего прославленного героя. К этому времени автор, решив завершить серию о Шерлоке Холмсе, «простился» с сыщиком в рассказе «Последнее дело Холмса», где тот погибает на дне водопада в Альпах.
Полюбившегося читающей публике героя пришлось «воскресить». Впервые повесть «Собака Баскервилей», созданная в жанре мистического триллера, была опубликована в ежемесячном британском журнале беллетристики «Стрэнд» (1901-1902 гг.). Успех нового произведения превзошел все ожидания.

По сюжету военный врач Джон Ватсон ищет недорогое жилье. Его соседом по квартире оказывается загадочный Шерлок Холмс – «сыщик-консультант», способный раскрыть самые запутанные преступления. Как и другие произведения о сыщике, «Собака Баскервилей» Конан Дойла начинается с наглядной демонстрации «дедуктивного метода»: Шерлок Холмс, осмотрев палку, забытую посетителем, извлекает из этого предмета максимум информации о его владельце.

С этого момента начинаются детективные приключения, без которых не мыслят своей жизни уже несколько поколений любителей этого жанра. Настоящие английские джентльмены расследуют настоящие английские преступления в одном из лучших произведений о Шерлоке Холмсе и докторе Ватсоне.

На этот раз, парочке великолепных сыщиков, придется распутывать сложную загадку связанную с родом Баскервилей, издавна живших в поместье вблизи Гримпенской трясины. Согласно семейного предания, с давних пор призрачная собака-чудовище, в знак проклятия за смертные грехи предков, преследует аристократический род.

Этим преданием и воспользовался хладнокровный и расчетливый убийца, чтобы попытаться унаследовать их баснословное состояние. Расследование странной смерти последнего представителя древнего рода сэра Чарльза Баскервиля, выводит сыщиков на убийцу, маскирующего свои преступления под нападения чудовищной собаки. Тайна фамильного портрета, ревность, борьба за наследство и явление пса-призрака в финале повествования создают повести неповторимый детективный колорит. Дедуктивный ум и блестящая смекалка Шерлока Холмса еще ни разу не подводили.

Фраза «Элементарно, Ватсон!», которую мы привыкли ассоциировать с Холмсом, ни разу не встречается в книгах Артура Конан Дойла. Ее придумали в одной из театральных постановок по мотивам книг о Холмсе, а оттуда фраза перекочевала в фильмы.

Видео: «Собака Баскервилей»

История создания «собаки Баскервилей»

В основу сюжета «Собаки Баскервилей» легли две мистические истории, рассказанные Конан Дойлу его другом Флетчером Робинсоном, с которым он познакомился в июле 1900 года на борту парохода «Бритт», когда возвращались домой из южной Африки. Оба участвовали в англо-бурской войне; Дойл был врачом полевого госпиталя, Робинсон — военным корреспондентом газеты «Дейли-экспресс».

Они очень быстро подружились, а без малого год спустя, в марте 1901, когда вновь встретились в Норфолке, чтобы поиграть в гольф, дружба превратилась в своего рода творческое сотрудничество.
            Все началось с бесед об английском фольклоре. Коротая вечер за графином бренди, журналист поведал «отцу» Шерлока Холмса легенду, которая впоследствии и легла в основу леденящей кровь рукописи, прочитанной доктором Джеймсом Мортимером Холмсу и Уотсону на Бейкер-стрит незадолго до прибытия в Англию сэра Генри Баскервиля, наследника из Канады.
            Более чем вероятно, что рассказанная Робинсоном легенда — всего лишь очередной перепев древнего местного предания о свирепой волшебной собаке-волкодаве, известной в Норфолке под кличкой Черный Дьявол. Вторая, не менее жуткая история о злом эсквайре, сэре Ричарде Кейбле, продавшем душу дьяволу и то ли утащенном в преисподнюю, то ли разорваном на куски стаей демонических гончих псов, не издававших, вопреки расхожему поверью, никакого пресловутого «жуткого воя» на болотах, а, напротив, совершенно безмолвных.
            После этих рассказов Флетчер Робинсон однажды пригласил друга погостить у его родных в Ипплтоне и, одновременно, собрать материал для новой книги. Судя по всему, «Собака Баскервилей» первоначально задумывалась как совместное творение Конан Дойля и Робинсона.
«Тут, в Норфолке, со мной Флетчер Робинсон, и мы собираемся вместе сделать небольшую книжицу под названием «Собака Баскервилей» — такую, что у читателя волосы дыбом встанут!» — написал Артур Конан Дойл в письме своей матери.
            Любопытная деталь — фамилию для преследуемого знатного рода Дойл позаимствовал у Гарри Баскервиля, который был… кучером Робинсона. В марте-апреле 1901 года Гарри, как выяснилось, развозил своего хозяина и его гостя-писателя по Дартмурским окрестностям.
            Много лет спустя, в 1959 году, 88-летний Баскервиль заявил: «Дойль писал книгу не один. Большие куски написаны Флетчером Робинсоном, но его заслуги так и не были признаны».
            Договорившись о теме и заглавии повести, Дойл и Робинсон расстались, а в апреле встретились вновь, чтобы предпринять поездку по Дартмуру – месту действия будущей книги. Базой им служил дом Робинсона в Ипплпене, возле Нью-Эббота. Отсюда и совершали они вылазки на болота, проникаясь их мрачным духом и намечая места, где, по замыслу, должны были развиваться те или иные события.
            Тем временем нехитрый поначалу замысел книги начал сам собой разрастаться и усложняться. Возможно, Конан Дойл только теперь осознал, насколько мощный материал попал к нему в руки, и понял, что для такой оправы необходим бриллиант огромной величины, сильный главный герой, человек, который раскрыл бы тайну. Вот почему он решил вернуть к жизни Шерлока Холмса, семью годами ранее «канувшего в пучину» Рейхенбахского водопада в Альпах, куда его подло столкнул профессор Мориарти, главный преступник Лондона, и иже с ним.
Впрочем, «вернуть к жизни» – не совсем точное, а вернее, совсем не точное выражение. Уж больно не хотелось великому писателю и впрямь воскрешать двух персонажей, некогда вознёсших его на вершину славы, но мало-помалу превратившихся из подмоги в обузу. Внимательный читатель «Собаки Баскервилей» сразу увидит, что действие повести разворачивается до «гибели» Холмса в струях Рейхенбахского водопада.
            Ведя лихорадочную исследовательскую работу и создавая своё оказавшееся бессмертным произведение, 2 апреля 1901 года Конан Дойл снова отправил письмо матери, на сей раз из Принстауна, где расположена каторжная тюрьма, из которой бежал злосчастный Селден, павший жертвой страшного пса: «Мы с Робинсоном лазаем по болотам, собирая материал для нашей книги о Шерлоке Холмсе. Думаю, книжка получится блистательная. По сути дела, почти половину я уже настрочил. Холмс получился во всей красе, а драматизмом идеи книги я всецело обязан Робинсону».
            Ещё раньше, в марте, Дойл написал издателю журнала «Стрэнд», Гринхау Смиту, и предложил ему новое произведение, особо подчеркнув, что создаёт его в соавторстве с другом, Флетчером Робинсоном, и «его имя непременно должно соседствовать на обложке с моим. И стиль, и смак, и вся писанина – полностью мои… но Робинсон дал мне главную идею, приобщил к местному колориту, и я считаю, что его имя должно быть упомянут. Если Вы согласны вести дело, я хотел бы, как обычно, получить пятьдесят фунтов стерлингов за каждую тысячу слов». Однако после того как в повесть был введён Шерлок Холмс, гонорар сразу возрос вдвое, причём соавторы должны были получить его в пропорции 3:1.
            Но, когда в августе 1901 года в «Стрэнде» началась публикация «Собаки Баскервилей», Робинсона в числе авторов не оказалось вовсе, хотя его имя было упомянуто в сноске на титульном листе. Вот как это выглядело: «Появление этой истории стало возможным благодаря моему другу, мистеру Флетчеру Робинсону, который помог мне придумать сюжет и подсказал реалии. А.К-Д.»
            В первом британском книжном издании повести эта надпись была заменена кратким обращением: «Мой дорогой Робинсон, кабы не Ваше изложение легенды Западной Страны, эта история так никогда и не появилась бы. Огромное спасибо за это и за помощь с деталями. Искреннейше Ваш А.Конан-Дойл».
            В предисловии к «Полному собранию романов о Шерлоке Холмсе» (1929) Дойл, казалось, и вовсе забыл о полученной от друга помощи: «Собака Баскервилей» — итог замечания, оброненного этим добрым малым, Флетчером Робинсоном, скоропостижная кончина которого стала утратой для всех нас. Это он рассказал мне о призрачной собаке, обитавшей близ его дома на Дартмурских болотах. С этой байки и началась книга, но сюжет и каждое ее слово — моя и только моя работа».
            Успех нового произведения превзошел все ожидания. Но тут же по Лондону начали ходить слухи, что Дойл не сам написал эту повесть. Некоторые злопыхатели обвиняли его даже в убийстве истинного автора книги, чтобы тот не смог предъявить свои права на шедевр.
            Дело в том, что в 1907 году, то есть через пять лет после выхода книги, 36-летний Флетчер Робинсон неожиданно скончался при довольно загадочных обстоятельствах. По официальной версии, причиной смерти был тиф. Однако в отличие от жертв тифа Робинсона не кремировали, а похоронили на кладбище Святого Андрея.
            Супруга журналиста, Глэдис Робинсон, подлила масла в огонь, заявив сразу после его смерти, что он скончался от пищевого отравления через несколько дней после возвращения из командировки из Парижа.
            Некоторые считают, что симптомы больше похожи на отравление, чем на смерть от тифа. Конан Дойль, по их мнению, отравил друга настойкой опия, не желая делиться гонорарами от «Собаки Баскервилей» или, что более вероятно, боясь раскрытия тайны авторства. Они полагают, что великий писатель уговорил Глэдис, с которой у него, по некоторым данным, был роман, отравить мужа. Не исключено, что миссис Робинсон, кстати, не явившаяся даже на похороны мужа, не догадывалась, что ему дает.
            После смерти Конан Дойла эти слухи потихоньку сошли на нет. Но позже, в конце пятидесятых, они возобновились снова, одна из атак на репутацию Конан Дойла была предпринята в газете «Дэйли экспресс» со стороны настоящего Баскервиля, кучера, давшего фамилию главному герою. В марте 1959 года восьмидесятивосьмилетний Гарри Баскервиль неожиданно заявил, что писал эту повесть не Конан Дойл, а Флетчер, который был у Артура кем-то вроде литературного «негра», да и вообще, мол, большинство произведений о Шерлоке Холмсе написаны Робинсоном.
            После новых обвинений со стороны Баскервиля сын писателя Адриан Конан Дойл немедленно вступился за отца. Он выступил с гневным письмом, в котором привел свидетельства того, что Робинсон действительно был автором идеи и придумал все основные линии произведения, но потом по-дружески «подарил» все придуманное своему другу Артуру, полагая, что тот напишет намного лучше.
            К сожалению, письмо это хранится в архиве, который недоступен исследователям, и содержание его в значительной части остается неизвестным. Тем не менее, имеющиеся сведения в общем и целом подтверждают правоту Адриана Конан-Дойла. Несомненно, Флетчер Робинсон внес важный вклад в проект. Именно Робинсон подал первоначальную идею (и Дойл признал это в письмах к матери и Гринхау Смиту) и, вероятно, помог разработать детали сюжета, но написана повесть, несомненно, самим Конан-Дойлом.Все сохранившиеся отрывки рукописи выведены его рукой (в том числе и текст легенды о собаке Баскервилей) и почти без помарок. Едва ли такой знаменитый писатель стал бы переквалифицироваться в писца и копировать ранее написанный текст Робинсона — малоизвестного журналиста — чтобы потом выдать этот текст за свое собственное письмо.
            За пристальное изучение произведений Конан Дойла взялись эксперты-лингвисты, но скрупулезная лингвистическая экспертиза в отношении «Собаки Баскервилей» доказать сто процентное авторство Конан Дойла или Робинсона не смогла.
            Главное достижение Конан-Дойла — возрождение образа Шерлока Холмса, без которого «Собака Баскервилей» никогда не приобрела бы той популярности, которой пользуется и поныне. Возможно, без Холмса этот роман сейчас был бы полузабыт, разделив незавидную судьбу большинства созданных Конан-Дойлом «ужастиков».

Интересные факты об экранизации «Собаки Баскервилей»

Подборка выполнена Игорем Масленниковым. В этой экранизации снимался «самый английский Шерлок Холмс» — Ливанов.

Фильм снимался в непростое время. Не было ни компьютерной графики, ни современных технологий, и все же постановщики сотворили настоявший шедевр, ставший любимым у многих поколений зрителей.

На роль «домашнего любимца» коварного Стэплтона пробовалось много животных: от одноглазого пекинеса (выглядевшего зловеще без всякого грима) до обычного теленка. Наконец для роли был выбран устрашающих размеров дог. Его обклеили светоотражающей пленкой, сделали несколько пробных дублей и расхохотались. На экране бедное животное оказалось похожим на бегающий скелет. Получилось забавно, но для фильма требовался совсем не такой эффект. Пришлось изобретать специальную маску, которую в итоге сделали из черного бархата, скотча, пенопласта и светящейся краски.

После примерки этой маски собака получилась достаточно зловещей внешне, но начались другие сложности. Дружелюбный домашний зверь никак не хотел набрасываться на Генри Баскервиля, а ведь вдвоем они должны были изобразить смертельную схватку. После долгих раздумий команда решила немного разозлить животное, легонько стрельнув в него оловянной пулькой из игрушечного пистолета. Раздобыли пистолет, пульку, техник сделал пробный выстрел и попал… в мягкую часть тела самому Игорю Масленникову. Режиссер громко закричал и понял, что стрелять в собачку нельзя.

Первоначально сэра Генри должен был играть другой актер, но тот отказался, после чего на роль пригласили Михалкова. Тот откликнулся с радостью и тут же примчался на съемки, прихватив с собой лучшего друга, Александра Адабашьяна. Зачем он был нужен, никто не понял, потому что на тот момент он не имел к проекту никакого отношения. Но, когда эта парочка начала расхаживать по «Ленфильму», мешая людям работать, хихикая над режиссером и отвлекая друг друга, Масленников принял волевое решение и «припахал» Адабашьяна на роль Бэрримора, задав тому столько работы, что времени у него не оставалось вообще.

Овсяная каша для сэра Генри, которую поручили варить ассистентке специально для фильма, оказалась такой вкусной, что съемочная группа начала заказывать у нее еще одну кастрюлю специально для себя. Правда, не обошлось и без конфуза. После первого съемочного дня к кастрюльке стали приставлять охрану. Пользуясь тем, что большая часть команды была занята съемками сложного эпизода, какой-то злоумышленник проник в помещение с ценной кашей и всю ее съел.

Ни один актер не жалел себя для съемок этой картины. Светлана Крючкова, играющая миссис Бэрримор, была во время съемок беременна, а из-за того, что ее роль содержала много мрачных монологов, испытывала сильный стресс. Виталию Соломину приходилось почти каждый день ездить в Москву, потому что там он был занят в спектакле к партийному съезду, а отказаться было невозможно. Остальным актерам было немного полегче, но оставался еще Михалков, который тоже был занят параллельными съемками в другом фильме. Страдать в одиночестве он не мог и поэтому задавал жару всем.

При всех этих неудобствах нужно отдать артистам должное: зарплата, которую они получали за съемки, была не так уж и велика. К примеру, Соломин, Ливанов, Михалков и Янковский получали 50 рублей за смену, а в переводе на сегодняшние деньги это всего лишь около 15 000 рублей, в то время, как гонорар современных заслуженных актеров составляет около 600 000 рублей в день. Остальные артисты получали 30-40 рублей в день или около 9000 — 12 000 рублей в переводе на современные деньги. Массовка зарабатывала 3 рубля в день или примерно 900 рублей в современных деньгах.

Не обходилось на съемках и без конфузов. Как-то раз Соломин с Адабашьяном не поладили между собой, и в сцене, когда Бэрримор накрывает на стол, Адабашьян отплатил Соломину, недоложив ему овсянки. В кадре это выглядело, как будто доктор Ватсон подозревает дворецкого, а тот таким образом ему мстит. Режиссеру так понравилась эта сцена, что он не стал ее переснимать, превратив ее таким образом в своеобразную изюминку.

А однажды актеру Евгению Стеблову, игравшему доктора Мортимера, нужно было сразу после съемок срочно успеть на поезд и уехать по важному семейному делу. Он обратился к команде с просьбой отснять все сцены поскорее. Коллеги отнеслись с пониманием и в итоге, все спешили и работали с криками: «Скорее, Стеблов опаздывает!» Отсняв сцену рокового побега кокер-спаниеля Снуппи, группа собралась, быстро свернула аппаратуру, погрузилась в машину…и уехала, забыв о самом главном. На съемочной площадке остался лишь растерянный и ничего не понимающий Стеблов.

Спасибо за внимание!

Мероприятие подготовил заведующий схл — Кобяцкий В.И.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *